Мяса, больше мяса!
Жаль, безумно жаль, что нет сейчас Гайдая, Аркадия Райкина или молодого Рязанова. Нет тех, кто бы смог подметить в нашей жизни её пульс, те нюансы, которые мы видим, чувствуем вокруг, но не успеваем обмыслить. Чтоб они с юмором, не по злому, а с искоркой доброты раскритиковали наши пороки и помогли нам честно взглянуть в зеркало...
Предновогодняя суета на улицах города. Маленькая мясная лавка. В ней очередь извивается змейкой и складывается в три завитка спирали на квадратный метр. Люди ждут отоваривающихся и с сосредоточенной жадностью всматриваются в прилавок. В очереди тётки, мужики, бабки, дети с мамами, семейные пары.То и дело идут разговоры, все они - о мясе.
- Так, что берём? Индейку килограммчик, сервалата пару палок, грудиночки обязательно... Ты будешь холодец делать? Это хорошо. Чё-то холодца захотел щас. На тебе деньги. Что? Много 500 рублей? Да ты чё! Бери, бери ещё, я денег добавлю. Чтоб не бежать первого утром в магазин.
- Мужчина, у вас, наверное, семья большая, весёлая, дружная. Завидую вам.
- Да что вы женщина, вот мама моя, я да жена.
- Шейку во-он ту, будьте добры. Да-да, весь кусок целиком. Что, дорого получится? А вы думаете, я за весь год не заработал на эту жалкую шейку?! Что если я простой строитель, то не могу позволить себе шейку! Тогда посчитайте мне ещё карпаччо из говядины.
- Мама, мама, а докторскую сколько будем брать? А копчёную? Нам же пять салатов делать! Папа ещё обязательно бекон просил взять. Или балык? А, возьмём и то и другое. Нас же аж трое в семье!
- Та-ак, чтобы взять? Ну, для начала отрежьте мне во-он тот окорок. Да-да, рубите как знаете, мне чем больше, тем лучше (довольно и сытно смеётся). Потом давайте свиные рёбрышки к пивасику. Ну и колбаски разной, копчёной и полукопчёной. Это так, на первый день для семьи. Через пару дней поедем к ребятам на дачу, тогда зайду к вам опять и затоварюсь по полной.
- Стоп! Стоп! Погодите! (возвращается от дверей к прилавку, расталкивая многослойную очередь). А рульку?! Рульку, мля, забыл! Дайте-ка мне ещё рулечку, какой же без неё праздник!
- Людка, а Людка (одна продавщица другой шёпотом). А ты для нас кусок окорока отрезала? Да? А докторской? Тоже? Ну слава богу, а то эти оголделые щас разберут всё, нам не останется.
Предновогодняя суета на улицах города. Маленькая мясная лавка. В ней очередь извивается змейкой и складывается в три завитка спирали на квадратный метр. Люди ждут отоваривающихся и с сосредоточенной жадностью всматриваются в прилавок. В очереди тётки, мужики, бабки, дети с мамами, семейные пары.То и дело идут разговоры, все они - о мясе.
- Так, что берём? Индейку килограммчик, сервалата пару палок, грудиночки обязательно... Ты будешь холодец делать? Это хорошо. Чё-то холодца захотел щас. На тебе деньги. Что? Много 500 рублей? Да ты чё! Бери, бери ещё, я денег добавлю. Чтоб не бежать первого утром в магазин.
- Мужчина, у вас, наверное, семья большая, весёлая, дружная. Завидую вам.
- Да что вы женщина, вот мама моя, я да жена.
- Шейку во-он ту, будьте добры. Да-да, весь кусок целиком. Что, дорого получится? А вы думаете, я за весь год не заработал на эту жалкую шейку?! Что если я простой строитель, то не могу позволить себе шейку! Тогда посчитайте мне ещё карпаччо из говядины.
- Мама, мама, а докторскую сколько будем брать? А копчёную? Нам же пять салатов делать! Папа ещё обязательно бекон просил взять. Или балык? А, возьмём и то и другое. Нас же аж трое в семье!
- Та-ак, чтобы взять? Ну, для начала отрежьте мне во-он тот окорок. Да-да, рубите как знаете, мне чем больше, тем лучше (довольно и сытно смеётся). Потом давайте свиные рёбрышки к пивасику. Ну и колбаски разной, копчёной и полукопчёной. Это так, на первый день для семьи. Через пару дней поедем к ребятам на дачу, тогда зайду к вам опять и затоварюсь по полной.
- Стоп! Стоп! Погодите! (возвращается от дверей к прилавку, расталкивая многослойную очередь). А рульку?! Рульку, мля, забыл! Дайте-ка мне ещё рулечку, какой же без неё праздник!
- Людка, а Людка (одна продавщица другой шёпотом). А ты для нас кусок окорока отрезала? Да? А докторской? Тоже? Ну слава богу, а то эти оголделые щас разберут всё, нам не останется.