Российский тип науки
Автор: Дмитрий Подкосов |
Последние века в биосфере лидирует европейский, западный, тип науки, который кажется мировым, неограниченно универсальным. В действительности западная культура-цивилизация обеспечивает один из эволюционных путей человечества, один из нескольких. А именно путь самоутверждения человека в природе, особенно в физическом мире. Новоевропейская наука, естественная и гуманитарная, несмотря на впечатляющие достижения, соскальзывает в тупик. Что это за тупик? Это конфликт с биосферой Земли, это признаки вырождения человеческой природы, это раскол человечества на привилегированное ядро и безнадежно отстающее большинство. Другие научные культуры, развившиеся в прошлом, как бы застыли. Встает вопрос о недостающем звене мирового научного развития. С этой точки зрения мы проверяем гипотезу о становлении российского типа науки.
Тип науки определяется самобытным характером культуры-цивилизации, ее бытийно-творческой, эволюционной идеей. В нашем случае речь идет о ключевой идее, которую правомерно именовать "русской" или, скажем, "русско-евразийской" (имея в виду северо-евразийский материк и населяющие его народы). Если снять с русской идеи идеологические толкования, то философски она проясняется как соборное преображение личности, народа и природы. Господство над природой, покорение природы, "перековка" человека — все это противопоказано российской эволюции. Соборно-преображающие энергии далеко выходят за пределы физического мира. Они не охватываются наукой европейского типа.
Концептуальная история науки в России еще не выстроена. Ее в этом отношении вполне можно считать "малоизвестной" для других стран. Не очерчена совокупная история естественных, общественных и духовных наук. Непрерывная история естествознания прорисована только с XIX в. Сведения о накоплении научных знаний до того — отрывочны. Не воссоздан драматический ход социально-гуманитарного познания за многие века. Не подытожены результаты научной работы в русском зарубежье. Не прослежены и не осмыслены внеакадемические научные искания.
До сих пор не изжит предрассудок, что наука в России объявилась чужеродным растением, что она была пересажена с Запада в XVIII в., а прежде ее не было. Российская наука часто воспринимается как при-европейская, но второй сорт, отстающая-догоняющая. Наконец, сейчас российская наука как цельный организм не существует, она переживает тяжкий процесс распада, а, может быть, и перерождения.
Тем не менее уже созданы серьезные историко-научные исследования. Уже ясно, что научность вырастает на Руси с глубоких языческих времен. Развивалось астрономическое мышление (картина звездного неба, циклы солнца, луны, других небесных тел, календари), математическое (системы счета), биологическое (строение организма разных видов, медицина). Развивались практические науки: земледельческие, ремесленные, строительные и т.д. В государственно-христианскую эпоху развернулись нормативное градостроение, наука социального управления, металлургия, выстраивались знания о душе и теле человека, космография, "сокровенная" математика, ятроматематика, "числомерие" (деление времени) и прочие направления [Симонов Р.А. Математическая и календарно-астрономическая мысль Древней Руси. – М.: Наука, 2007.].
Выявляются болезненные разрывы в научном развитии. Разрыв с "языческой" научностью — в ходе христианизации. Затем нарастание новой прикладной и космологической научности на городской основе. И отвержение ее в ходе просвещения и реформ по западным образцам. С XVIII в. развивается, на государственной основе, наука промежуточного, "русско-европейского" типа, с постепенным усилением русского начала. И — опять срыв в результате революции, гражданской войны и принудительной идеологизации. Разгром социально-гуманитарных и духовно-психологических традициий в 20-е гг. прошлого века, кампании против целых научных направлений... Прежняя русская наука замещалась советской. Искривления в развитии советской науки были громадны. И все-таки она встала на ноги, крепла, встраивалась в общественную жизнь. И снова резкий надлом ее в недавние 90-е гг. Надлом, от которого она едва начинает оправляться. Подобные разрывы не случайны. Это серия преображений, всякий раз искаженных. Преображений исследовательского духа, научной среды, предметности, языка и методологии. Сила и своеобразие российской науки ярче всего могут проявиться в повышенном внимании к соборно-преображающим энергиям в природе, обществе и человеке. Это ее, так сказать, стратегический пр.
Данная публикация была размещена в онлайн-газете Россия Навсегда, автор: Дмитрий Подкосов. Вы можете посмотреть и прокомментировать статью здесь