August 15th, 2014

Русский Мальчик1

Не о Стрелкове

Значит так. Можно, конечно, сколько угодно придумывать позитивные и хитро закрученные причины и последствия ухода Игоря Стрелкова, но как ни крути это потеря для борцов за Новороссию. С информационной, военной, политической - с какой угодно. Видно, что Стрелков, равно как и Болотов, ушёл, скажем так, по настойчивой "просьбе" и в условиях предельной секретности (Губарев признался, что для ополченцев это было абсолютно неожиданным). Понятно, что такое решение по полному переформатированию управления ДНР и ЛНР может исходить только от Путина, даже не от кураторов и "серых кардиналов". Главный вопрос только в том, зачем и с какой целью.

Истинный замысел ухода Стрелкова станет понятен после дальнейшего развития событий. Если начнутся переговоры с Киевом и Западом о мире на Донбассе, значит Стрелкова убрали, чтобы не мешал договариваться большим геополитическим игрокам, и в Кремле победила ставка на невмешательство и замирение с хунтой и Вашингтоном. Сразу подчеркну - даже в таком случае речь не о пресловутом "сливе", а о вынужденном и болезненном отступлении. И судя по словам ВВП о том, что Россия нужна мобилизация не на войну, а на обустройство России, такой вариант кажется наиболее реальным. Мы не готовы к войне и к полному разрыву с Западом, как ещё летом предупреждал Примаков.

Если же ситуация в корне изменится в лучшую сторону и Россия напрямую вступится за Донбасс (в возможность самого ополчения переломить ход боёв с нынешним снабжением и вооружением слабо верится), то уход Стрелкова можно будет объяснить тактическими (понадобился в другом месте) и политическими мотивами (стал излишне популярен). Другими словами, если Новороссия победит без Стрелкова, и его функция ограничится важнейшими первыми месяцами противостояния - это нормально и такое решение будет оправданно. Но для этого нужно победить или, по крайней мере, чтобы Россия полноценно вступилась за ополчение Донбасса. В противном случае, если одновременно и Россия не вступится и ополчение потеряет своего лидера, Новороссия обречена на поражение.

Многое прояснит гуманитарный конвой, который стоит сейчас у пп. "Изварино" в ожидании окончательного решения Москвы, куда поспешили западные представители Красно Креста: если его довезут именно российские специалисты и передадут в руки ополченцам или даже просто мирным гражданам Донбасса - пусть под контролем Красного Креста и под украинскими номерами на машинах, это будет означать кардинальный прорыв в борьбе, установление прямой поддержки Донбассу со стороны Москвы. Если же его передадут представителям Красного Креста, который сам всё это повезёт, или тем более наши вовсе откажутся от доставки груза через зону конфликта (где, кстати, большой риск быть обстреленными со стороны карателей), то это только подтвердит значение отставки Стрелкова как отступление Кремля и окончательный переход к обороне в рамках существующей государственной границы. Белый Конвой сейчас вообще чуть ли не единственный луч надежды для Новороссии.



РМ
Русский Мальчик1

Ошибка Дугина: Путин не исчерпал себя

1401101720_126194468-

Опальный философ Александр Дугин, пострадавший за свою принципиальную позицию по Новороссии, в размашистой статье попытался осмыслить новую реальность, которая, на его взгляд, уже наступила после «сдачи» Москвой Донбасса. За длинными рассказами о стенах, ограничивающих цезаризм Путина, скрывается простая мысль, выраженная в последних абзацах: Путин не справился с задачей защиты Новороссии, исчерпал свой потенциал в нынешней роли, а потому защищать Новороссиию нам надо самим, и не важно, с Путиным или без. Это заблуждение. Видя искренность Александра Гельевича в поддержке Новороссии, не решаюсь назвать это иначе. И заблуждение опасное — как для самого ополчения, так и для всего русского мира.

Дело в том, что проблему Новороссии и — шире — Украины способен решить только Владимир Путин как глава государства и национальный лидер. Эта проблема не только и не столько военно-политическая, сколько духовно-идеологическая, системная. И Дугин знает об этом как никто другой. Системно и качественно сражаться против сверхтехнологичного Запада за юго-западные русские земли, которые отрывали у нас долгие столетия, не по силам каждому из нас или пусть даже широкому народному, но не организованному, движению вне государства и без лидера. Усилиями добровольцев можно оказывать гуманитарную помощь, кормить беженцев, пополнять партизанские отряды, даже доставлять небольшие партии оружия, но не более того. Как бы ни старались мы в отдельности от государства, «без Путина», наши усилия приведут, в лучшем случае, только к локальным успехам где-нибудь под Горловкой. А в длительной перспективе — к поражению и разрушению самой России. Единственно правильный ответ на вызов Запада — идеологический — возможен только в случае изменения в самой государственной машине. А это способен сделать только национальный лидер при поддержке народа. И уверен, это обязательно произойдёт.

Разочарование сторонников борьбы за Новороссию и у большинства русских людей, душой болеющих за правое дело, особенно после отставки Игоря Стрелкова, понятны. Но только у активистов и медийных бойцов за Новороссию оно, это разочарование, переходит в стадию «будем бороться и дальше, но без Путина».
В народе же в Путина по-прежнему верят и исходят из того, что он, в конечном счёте, принимает пусть и вынужденные, но правильные решения, направленные на укрепление русского мира и спасение в том числе и Донбасса. Пока результат кажется неудовлетворительным: гибнут люди, куражатся нацисты, оболваниваются жители Украины. Но всем совершенно ясно, что далеко не вечер и всё ещё впереди. И наступит время, когда перейдём в атаку. Главное — быть готовыми к этому и не раскиснуть, быть ещё более сплочёнными вокруг главы государства.

К сожалению, современная интеллигенция, даже патриотическая, не может понять такого простого и естественного для русского самосознания отношения к власти. Воспринимая всё исключительно рационально, она считает подобное отношение рабским и мракобесным. Между тем, доверие к Путину у русских людей лежит отнюдь не в рациональной сфере, и оно не исчерпывается принятием того или иного решения лидера, которое может показаться неправильным. Таких ситуаций, когда «неправильные» решения в итоге оказывались правильными, было уже немало.

Доверие народа к лидеру основано не на зыбкой реальности сегодняшнего дня, а на исторической традиции восприятия главы государства как самодержца. В России самодержавие и отношение к главному лицу как к самодержцу, посланному нам богом, находится в крови каждого из нас, даже если мы того сами не хотим и отрицаем. Это-то и спасает в самые трудные минуты. Под Москвой зимой 1941-го, как бы в это не верили многие историки, но умирали в том числе и за Сталина как за того самого лидера, который единственный способен дать системный отпор фашистской нечисти, предельно мобилизовав народ через государственные механизмы. То, что Дугин называет цезаризмом, словом, имеющим негативный оттенок в обозначении единодержавной власти, и что он считает помехой для развития России, спасения Донбасса и расцвета русского мира, на самом деле является благом и единственной гарантией развития, спасения и расцвета. Только единоличная власть человека, спасшего страну от уничтожения в 1999 году и доказавшего всем своё искреннее служение России, только такая власть, основанная на поддержке народа в обход элитарным кланам, способна совершить невозможное. Как бы это не звучало высокопарно и невыносимо для слуха западника.

Да, существует большая вероятность того, что Владимир Путин вынужденно выбрал путь компромисса и перемирия с киевской хунтой и Вашингтоном, посчитав худой мир лучше войны. По крайней мере, риторика его выступления в Крыму является явно миротворческой и сигнализирует о готовности Москвы договариваться по Донбассу. Строго говоря, Россия и не воевала с Киевом: наша поддержка сводилась, судя по неподтверждённым данным, к частичному и не централизованному снабжению продовольствием и самыми необходимыми вещами со стороны общественных организаций, а также поставкой добровольческими кадрами (поток которых даже удерживали, объясняя людям, что Россия не несёт ответственность за тех, кто участвует в конфликте). Тем не менее, поддержка существовала, и она помогала ополченцам хоть как-то противостоять карателям на протяжении долгих четырёх месяцев. Однако так же понятно, что Россия не занималась масштабными поставками современного эффективного оружия, хотя имела на то все моральные и геополитические основания. Будь такое оружие у ополченцев, а также поддержка ПВО России в воздухе, армия Новороссии очистила бы свою территорию от войск Киева и не погибли бы тысячи невинных людей в Донецке и Луганске. Надежд на такое вмешательство России к сегодняшнему дню практически никаких. И отставка Стрелкова только тому подтверждение.

Повторюсь, если такое решение будет принято и Порошенко, как предложил Минск, начнёт реально договариваться с Москвой о мире, с российской стороны это не будет означать «сдачи» Донбасса и «слива» ополчения. Это будет вынужденная и крайне болезненная уступка Кремля, решившего после долгих сомнений, что время предельно жёсткого противостояния Западу и предельной мобилизации России не пришло. Что слишком силён долларовый механизм и что, как ещё летом говорил Евгений Примаков, Россия пока недостаточно сильна и самостоятельна для полного разрыва с Западом. Ответные санкции российского руководства, направленные на импортозамещение и ускоренное восстановление собственной промышленности, а также переориентирование торговых отношений на незападные страны, в короткий срок сделают нас более суверенными, а значит более жёсткими в защите интересов русского мира. Нынешняя уступка России не должна быть односторонней, и от Запада и Киева наверняка потребуют гарантии безопасности Донбассу и прекращение русофобской истерики. Это должен быть компромисс, тяжёлый и наверняка временный, но компромисс. Главная задача Москвы на сейчас — это прекращение военных действий и геноцида русских на Донбассе. Раз мы не готовы их защищать, надо хотя бы прекратить их уничтожение.

В то же время это далеко не завершение борьбы за Украину. Но только один из этапов, который состоял из двух раундов: первый — с октября 2013 года, второй — после 21 февраля 2014-го. На этом этапе мы спасли Крым и миллион жителей Донбасса, приехавших в Россию, но потеряли всю остальную Украину. Потери серьёзные, но не окончательные. Начавшаяся мобилизация России, направленная не только на обустройство России, но и на усиление армии, её суверенитета во всех сферах государственного строительства, в скором времени может позволить Москве вернуться к вопросу о Новороссии. Кроме того, финансовое состояние Запада и долларовой бреттон-вудской системы вполне может кардинально ухудшиться в ближайшее время, после чего начнутся такие изменения в международной архитектуре, что возвращение Украины станет только одним из эпизодов.

Так или иначе, но будущий успех возможен только при успешной и системной работе, которая в свою очередь реальна под руководством национального лидера. Перед нами стоят настолько грандиозные задачи на ближайшие годы: суверенизация России, возвращение российскому государству идеологии, ротация элит, реиндустриализация, построение независимой от доллара финансовой системы (с помощью БРИКС), что их просто невозможно решить «без Путина», как это предлагает Дугин. Возвращение же Новороссии и всей Украины есть составная часть решения ключевых проблем. И именно цезаризм, то есть крепкая единоличная власть с опорой на народ, поможет всем нам в этом.


Эдуард Биров
ТАСС-Аналитика

Русский Мальчик1

Роман Носиков о народе-священнике

НАЧАЛО

"...Выколоть нам глаза. Вырвать наш язык – вот их мечта. Вот их способ обрести покой. Украина для них – это миг сладчайшего торжества, когда удалось отторгнуть и растлить часть народа-пророка, заставить его предать своего Учителя – русский язык и Русский Мир. Предать на смерть за 30 евро. И сейчас самое время заставить его изваляться в грязи, в падали, осквернить себя до последнего предела, заставить его снять с гниющей коровьей туши веревку и на ней повеситься. Вот высшая власть Запада над бывшим русским! Вот он, предел мечтаний и истинное наслаждение!

Западная русофобия – это наследующее фарисеям, римлянам, язычникам и менялам богоборчество, которое говорит, что нет власти выше власти кесаря и царство Истины никогда не наступит. Ибо что есть истина? – Нет её, и нет никакого другого причастия, кроме пармезана и хамона.

А Истина всё смотрит и смотрит им в глаза и не говорит ничего.

Именно поэтому за Россией куда более охотно идут бедные страны. Это потому, что они проходят в игольное ушко, в отличие от богатых. И им нечего бояться русского взгляда и русского молчания. Оно не про них.

Многие могут начать возражать в том смысле, что для кого-то после 1917-го, а для кого-то после 1991-го Россия уже не может претендовать на право судить, но они ошибаются – Бог всегда умеет заставить пророка выполнить предназначенное. И если Иону проглотил кит, чтобы доставить его к Ниневии, то Россию глотает и несёт в себе сама человеческая история.

Сейчас в жизненных интересах США и Запада - любой ценой сохранить свою власть и богатство. И, следовательно, Запад как система адаптируется именно к этой задаче – карать и подавлять, порабощать и грабить. Соответственно этой задаче и кооптируются элиты от Мари Харф и Френсиса Фукуямы до Бернара Анри Леви – идеологов подавления всего мира, певцов палачей.

Жизненно важная задача России сейчас – сказать миру новое слово, заново принести миру Благую Весть и отстоять свою свободу это слово нести. Поэтому в элиты России будут ближайшие годы кооптироваться философы, поэты и воины.

Да, Россия сейчас не эталон и не соответствует своему предназначению. Но будет. Обязательно будет.

Нам предстоит пережить страшный и болезненный момент, который Александром Сергеевичем был описан так:

Перстами легкими как сон
Моих зениц коснулся он.
Отверзлись вещие зеницы,
Как у испуганной орлицы.
Моих ушей коснулся он, —
И их наполнил шум и звон:
И внял я неба содроганье,
И горний ангелов полет,
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье.
И он к устам моим приник,
И вырвал грешный мой язык,
И празднословный и лукавый,
И жало мудрыя змеи
В уста замершие мои
Вложил десницею кровавой.
И он мне грудь рассек мечом,
И сердце трепетное вынул,
И угль, пылающий огнем,
Во грудь отверстую водвинул.
Собственно говоря, всё уже началось.
И льющаяся по Русскому миру кровь – прямое доказательство этого.

И стрелковский запрет мата, и проповеди пармезана на фоне огня в Новороссии, и яростная беспомощность по отношению к русскому языку – это все начинающиеся конвульсии разделяющегося русского народа. Разделяющегося на народ-пророк, народ-священник – и то, что не получилось".


***

Как точно и талантливо. Дух захватывает. РМ

Русский Мальчик1

Дугин: Стрелков - имя русского мифа

Надо понять, роль Стрелкова фундаментальна. Это тип русского идеалиста, консерватора, настоящего патриота, который уничтожил бездну между принципами и действиями, а эта бездна - парализующий бич нашего патриотизма. Когда руссские остро осознают, что над нашими ценностями глумятся, нашими интересами торгуют, а власть присваивают не лучшие, а подлейшие, что они делают? Тоскуют, ноют, ругают "малый народ", пьют, конечно, или объединяются в небольшие движения, которые быстро разваливаются Системой, а самые пассионарные бросаются на драки, агрессию и бессмысленную жестокость и жертвенность. Кого-то подкупает для технических целей оппозиция, кого-то ставят под кураторство правоохранительные органы и спецслужбы. Это порочный круг. Никто не наносит удара по врагу, никто не утверждает свою цельность, никто не идет, стойко и распрямив спину, до конца. Ведь жертвуют собой ребята, русские националисты, национал-большевики или "приморские партизаны", гибнут в драках, садятся, но без цели и смысла. И никого не задевают. Русские продолжают обывательский сон. А другие десятилетиями только болтают и красуются. Жалкое зрелище.

И вот появляется Стрелков. Русский. Строгий. Наивный и застенчивый. Идеалист. С принципами. В мирной жизни, наверняка, не затребованный и несколько неловкий. И идет на передовую Народной Войны. Идет сам. Тем самым он разрывает оковы бессилия, марево страха, угнетенность и депрессивность неспособности перевести идеалы в действие. Если бы он остановился в Крыму или был бы убит в первые дни обороны Славянска, мы бы о нем не знали. И тогда пали прекрасные люди, тоже герои, как и он, тоже русские, разорвавшие оковы морока. И некоторые были моими друзьями. Но Стрелков выстоял и создал армию. И стал центром нашей надежды, нашей воли, нашего преображения. Все остальные не менее хороши, мужественны, и слегка нелепы как все русские, но Стрелков затронул что-то в нашей душе, в нашем национальном чувстве. И на него низвергся русский миф, наша жажда героя. Он просто выполнял долг. Да. Но это не долг профессионала или человека, оказавшегося в сложной ситуации волей судеб. Это ЕГО долг. Это РУССКИЙ долг, оказавшийся весомее лени, безволия, страха, безразличия, скованности. В том-то и дело, что Стрелков все сделал САМ. Вот что важно: именно САМ. И через него мы тоже стали ближе к нам САМИМ. Мы увидели, что мы можем. Солдаты, которые воевали в Афганистане и Чечне, тоже были герои. Но шли они туда не сами. Они выполняли долг, имя которому Государство. А Стрелков выполнял долг, имя которому Идея. Русская Идея. И он пробил барьеры в нашей душе. Он нас раскрепостил. Стрелков что-то поправил в нас, подлечил. Мы думали, что такого уже никогда не будет - бесстрашного русского православного Воина, отправляющегося на Священную Войну по собственной воле. Но он отправился. И начал побеждать. И с каждым его успехом, с каждой сводкой побеждали мы. Побеждала Россия.

Дело вообще не в его политических убеждениях и даже не в достоинствах военачальника: дело глубже. Он стал нашим мифом. И больше он не принадлежит ни себе, ни службе, ни Государству, а только этому мифу, русскому мифу о том, какими мы когда-то были и какими, оказывается, мы снова в любой момент можем стать.

Ненависть к Стрелкову - это ненависть враждебной нам расы, не в биологическом смысле, а в духовном. Расы технологов, мошенников, чиновников, манипуляторов, торговцев. Вернер Зомбарт говорил, что есть два типа людей - раса торговцев и раса героев. Европа Нового времени - это результат победы расы торговцев (капитализм) над расой героев (Средневековье). Стрелков - это русское Средневековье. Потому что само Православие не может быть "современным", это будет пародия, симулякр. Оно может быть либо Античным, либо Средневековым. "Современность" - это вотчина антихриста. Поэтому Стрелков из бывшего. Но не того бывшего, что прошло и все, а то, что было по-настоящему и есть до сих пор, как ядро наших душ, как тайный центр русского самосознания.

Мы еще не осознали до конца, что значит для нас Стрелков. Но та ярость, которую он вызывает у всякой нечести, ту зависть, которой пышат к нему мелкие натуры, та ненависть, которую он провоцирует у Запада и хунты - это знаки того, что он не случаен. И снова не лично, не индивидуально, но как носитель русского типа. Настоящему русскому в Стрелкове понятно всё. Он и есть мы. Один Народ. Народ пробуждающийся.

Я очень бы просил тех, кто прислушивается к моим словам, отнестись с этой фигуре деликатно. Это наше достояние, это огромная ценность. Поэтому его так хотели убить, убрать, занизить, опошлить, а теперь еще и обрушить. Если мы дадим это сделать, грош нам всем цена. За миф надо биться, как Стрелков бился и бьется за Новороссию, за Большую Россию, за каждого из нас.

Спаси тебя Христос, Игорь...


Дугин