Из крайности в крайность, или Оставаясь людьми
Надоело слышать и читать о трагедии под Смоленском. Не хотел ничего об этом писать, с меня хватит и комментариев в журналах Вассермана, Третьякова и Таис Максимовой. Но екарный-бабай! В каждых новостях, как не включишь, изо дня в день одно и то же, на каждом сайте одно и то же: нашли тела, привезли похоронить, хоронят, поляки скорбят, русские скорбят, все скорбят, проводят расследование и бла-бла-бла-бла-бла...
С таким темпом у нас в России национальный траур растянется на семь дней, как в Польше, хотя погибла не наша элита, а "ихняя" - люди, которые, на секундочку, были не частными лицами, абезответственными политиками и одновременно отчаянными русофобами.
Но заставило меня написать об этом событии нечто другое. До ужаса взволновало очередное осознание того, что у нас, русских, нет золотой середины, везде крайности. Вот смотрите, ситуация простая: 10 апреля 2010 года под Смоленском погибли поляки-антисталинисты-русофобы-и пр., то есть наши враги. Погибли в несчастном случае, в авиакатастрофе, в которой никто не виноват, кроме разве что них самих. Да, их гибель под Смоленском, недалеко от Катыни отдает мистикой и метафизикой. Но кто мешает нам всем нормально, с достоинством принять эту трагедию, помочь полякам, выразить сдержанные соболезнования и продолжить свою жизнь? Нет, нам надо разбежаться и с разбегу - в крайности, в крайности, и каждый в свои.
Часть русских, те, что россияне и человеки мира, она вдруг и во весь голос завыла от вселенского горя, запричитала о том, какая мерзкая земля под Смоленском, что забирает самых достойных людей (так и писали, сам видел!), что бедные-бедные поляки, вечно им достается больше всех и прочая и прочая. Эти россияне завыли и запричитали на всю страну прям как профессиональные бабки на похоронах. Настолько это выглядело убого и жутко. Один даже договорился до слов: "Жаль, что не Путин". Что сказать, красавец. И это всё они называли скорбью. Тех, кто не подвывал им, не скорбел или, не дай бог, посмел заметить, что погибшие были врагами России, тех они закидывали грязными тряпками и клеймили недочеловеками.
Но с первыми всё понятно, они самораскрывались и раньше - в дни войны 080808, по поводу оранжевой чумы на Украине и много-много раз. Меня гораздо больше огорчила другая часть русских, те, что морщатся от слово "россиянин" и прекрасно знают своих врагов в лицо - она вдруг и столь же для меня неожиданно, сразу же в день 10 апреля начала плясать на костях погибших. Злорадство и откровенная радость не просто проявлялись в их словах, а были высказаны прямым текстом. Особо ретивые доходили до фраз: "Сегодня вечером тяпну рюмку за гибель врагов", или "Я не то что не буду скорбеть в день национального траура, я буду радоваться". Ссылки приводить не буду, ибо не в этом дело, все это видели и читали.
Тут другое важно понять. Тут вот что не укладывается в голову. Неужели среди человеческих эмоций, вызываемых трагической и случайной гибелью врагов, не может быть некоторой промежуточной стадии между злорадством и страшной скорбью?
Неужели нельзя, признавая ужас трагедии для поляков, не бежать породниться с ними, сморкаясь им в пиджаки и смущая вычурных католиков откровенностью проявленных эмоций, и не плясать от радости на форумах и в квартирах, восхищаясь тем, что враг сдох благодаря Всевышнему или Сталину, а просто, с достоинством и с искренним соболезнованием по погибшим как чьим-то детям, отцам, матерям, но без излишнего коленопреклонения отойти в сторону и помолчать пару минут, а потом продолжить свою жизнь? Неужели для нас это так трудно?
Повторюсь: дикое подвывание я еще понять могу, так как примерно знаю, почему и как они подвывают, а вот пляску и радость - нет, так как никогда не пойму и не приму, что можно радоваться несчастной гибели врага. Вот если ты в честном бою врага убиваешь, то радоваться можно и нужно. А если с ним происходит несчастный случай, самое оно - помолчать. Впрочем, именно так и поступило большинство русского населения, не сидящего на форумах и мало забивающего голову политикой. Они, чувствуя, что погиб враг, тихо промолчали. Вышеописанные две группы, они всё-таки относятся к так называемым "политически и социально активным", отсюда и цинизм. Цинизм с разно векторными крайностями.
***
И отдельное слово о поведении властей и лично Путина.
Считаю, что именно они (власть и Путин) как раз имеют право на политические ходы в таких ситуациях. А глубокая скорбь нашей власти, по моему глубокому убеждению, есть искренние соболезнования, переходящие в политический ход. Заметьте, что только благодаря крепкому и дружескому объятию Путина польским друзьям не удалось выскользнуть из-под внимательного контроля Москвы и начать собственное "независимое" расследование. Ибо мы прекрасно знаем, как умеют расследовать польские мифологи. У них же целые институты существуют на этот счёт. К примеру, Совет охраны памяти борьбы и мученичества, директор которого погиб в том же самолете. Чем гибель Качинского не подошла бы на очередное мученичество за великое польское дело? Ан нет. Путин по-дружески обнял поляков и связал им руки для подобных махинаций. И тем остается только поблагодарить Россию за участие и помощь. Так и делается большая политика грамотными стратегами.
С таким темпом у нас в России национальный траур растянется на семь дней, как в Польше, хотя погибла не наша элита, а "ихняя" - люди, которые, на секундочку, были не частными лицами, а
Но заставило меня написать об этом событии нечто другое. До ужаса взволновало очередное осознание того, что у нас, русских, нет золотой середины, везде крайности. Вот смотрите, ситуация простая: 10 апреля 2010 года под Смоленском погибли поляки-антисталинисты-русофобы-и пр., то есть наши враги. Погибли в несчастном случае, в авиакатастрофе, в которой никто не виноват, кроме разве что них самих. Да, их гибель под Смоленском, недалеко от Катыни отдает мистикой и метафизикой. Но кто мешает нам всем нормально, с достоинством принять эту трагедию, помочь полякам, выразить сдержанные соболезнования и продолжить свою жизнь? Нет, нам надо разбежаться и с разбегу - в крайности, в крайности, и каждый в свои.
Часть русских, те, что россияне и человеки мира, она вдруг и во весь голос завыла от вселенского горя, запричитала о том, какая мерзкая земля под Смоленском, что забирает самых достойных людей (так и писали, сам видел!), что бедные-бедные поляки, вечно им достается больше всех и прочая и прочая. Эти россияне завыли и запричитали на всю страну прям как профессиональные бабки на похоронах. Настолько это выглядело убого и жутко. Один даже договорился до слов: "Жаль, что не Путин". Что сказать, красавец. И это всё они называли скорбью. Тех, кто не подвывал им, не скорбел или, не дай бог, посмел заметить, что погибшие были врагами России, тех они закидывали грязными тряпками и клеймили недочеловеками.
Но с первыми всё понятно, они самораскрывались и раньше - в дни войны 080808, по поводу оранжевой чумы на Украине и много-много раз. Меня гораздо больше огорчила другая часть русских, те, что морщатся от слово "россиянин" и прекрасно знают своих врагов в лицо - она вдруг и столь же для меня неожиданно, сразу же в день 10 апреля начала плясать на костях погибших. Злорадство и откровенная радость не просто проявлялись в их словах, а были высказаны прямым текстом. Особо ретивые доходили до фраз: "Сегодня вечером тяпну рюмку за гибель врагов", или "Я не то что не буду скорбеть в день национального траура, я буду радоваться". Ссылки приводить не буду, ибо не в этом дело, все это видели и читали.
Тут другое важно понять. Тут вот что не укладывается в голову. Неужели среди человеческих эмоций, вызываемых трагической и случайной гибелью врагов, не может быть некоторой промежуточной стадии между злорадством и страшной скорбью?
Неужели нельзя, признавая ужас трагедии для поляков, не бежать породниться с ними, сморкаясь им в пиджаки и смущая вычурных католиков откровенностью проявленных эмоций, и не плясать от радости на форумах и в квартирах, восхищаясь тем, что враг сдох благодаря Всевышнему или Сталину, а просто, с достоинством и с искренним соболезнованием по погибшим как чьим-то детям, отцам, матерям, но без излишнего коленопреклонения отойти в сторону и помолчать пару минут, а потом продолжить свою жизнь? Неужели для нас это так трудно?
Повторюсь: дикое подвывание я еще понять могу, так как примерно знаю, почему и как они подвывают, а вот пляску и радость - нет, так как никогда не пойму и не приму, что можно радоваться несчастной гибели врага. Вот если ты в честном бою врага убиваешь, то радоваться можно и нужно. А если с ним происходит несчастный случай, самое оно - помолчать. Впрочем, именно так и поступило большинство русского населения, не сидящего на форумах и мало забивающего голову политикой. Они, чувствуя, что погиб враг, тихо промолчали. Вышеописанные две группы, они всё-таки относятся к так называемым "политически и социально активным", отсюда и цинизм. Цинизм с разно векторными крайностями.
***
И отдельное слово о поведении властей и лично Путина.
Считаю, что именно они (власть и Путин) как раз имеют право на политические ходы в таких ситуациях. А глубокая скорбь нашей власти, по моему глубокому убеждению, есть искренние соболезнования, переходящие в политический ход. Заметьте, что только благодаря крепкому и дружескому объятию Путина польским друзьям не удалось выскользнуть из-под внимательного контроля Москвы и начать собственное "независимое" расследование. Ибо мы прекрасно знаем, как умеют расследовать польские мифологи. У них же целые институты существуют на этот счёт. К примеру, Совет охраны памяти борьбы и мученичества, директор которого погиб в том же самолете. Чем гибель Качинского не подошла бы на очередное мученичество за великое польское дело? Ан нет. Путин по-дружески обнял поляков и связал им руки для подобных махинаций. И тем остается только поблагодарить Россию за участие и помощь. Так и делается большая политика грамотными стратегами.